Первый Линзмен-2: Первый Ленсмен - Эдвард Элмер `Док` Смит

— Четвертый помощник, сэр? Новое звание, не так ли? Каковы же мои обязанности?

— Да, новое и специальное. Вот несколько параграфов из должностной инструкции, прочитайте их и подпишитесь… — Капитан не стал добавлять — «в противном случае»; в этом не было необходимости. Сэммзу стало ясно, что Уиллогби, обычно весьма словоохотливый, намеревался как можно меньше общаться со своим новым подчиненным.

Он пробегал глазами строчки: «…четвертый помощник… должен… никаких обязанностей и ответственности во время рейса… груз…» Затем следовал раздел, который заставил его внутренне похолодеть: «…отдав команду по детальному обследованию корпуса корабля снаружи и почувствовав сопротивление подчиненных, он должен заставить их выполнить приказ под страхом смерти или любого другого наказания, которое он сочтет необходимым…»

Ленсмен не показал, какое впечатление произвел на него этот страшный документ — он просто взглядом попросил у капитана ручку и вывел внизу бумаги имя Джорджа Олмстеда — четким быстрым почерком Джорджа Олмстеда.

Затем он вместе с Уиллогби поднялся на борт «Королевы Вирджинии», где капитан указал его каюту.

— Прошу, мистер Олмстед. До знакомства с суперкарго и остальными вашими людьми никаких обязанностей на ближайшие дни у вас не будет. Вы можете свободно передвигаться по судну, но с одним исключением — не появляйтесь в рубке, пока я сам вас не позову. Я выразился понятно?

— Вполне, сэр! — Уиллогби вышел, и Сэммз, закинув на полку свои нехитрые пожитки, занялся осмотром помещения.

Каюта была крохотной, но, невзирая суровую экономию лишнего веса на кораблях такого типа, была оборудована всем необходимым. Здесь находились полки — или, точнее, высокие стеллажи с книгами и микрофильмами, кварцевые лампы, шкафчик с навигационными картами и даже спортивные тренажеры. На низком столике стоял мощный приемник, способный ловить передачи из практически любой точки пространства. Недостаток у этого помещения был всего один — хотя и весьма существенный — отсутствие ультраволнового видеоэкрана. Однако этот факт нисколько не удивил Сэммза — вряд ли «они» желали, чтобы Джордж Олмстед знал, куда его везут.

Удивился же Сэммз тогда, когда встретился с людьми, находящимися в его непосредственном подчинении. Их было сорок человек — и невооруженным взглядом можно было разглядеть, что все эти парни принадлежат к подонкам и отбросам общества.

Через некоторое время он понял, что они отнюдь не являлись обычными космическими крысами и бродягами.

Шестеро из них — наиболее сильные физически и весьма недоразвитые в умственном плане — были беглецами из камер смертников, убийцами или того хуже. Он взглянул на самого крупного типа из этой шестерки, сложением напоминавшего шкаф, — рыжеволосого гиганта по имени Твори, с маленькими свиными глазками и огромными кулаками — и спросил:

— Тебе говорили, в чем будет заключаться твоя работа?

— Нет, начальник. Только то, что она будет опасной, но если я стану в точности выполнять все, что мне велят делать, то я не получу ни единой царапины. И еще, что в дело мы пойдем на следующей неделе. Правильно, начальник?

Сэммзу, квалифицированному психологу, все стало ясно, и он одного за другим начал прощупывать членов своей пестрой команды. Это его занятие прервал вызов в капитанскую рубку.

На находящемся там навигационном экране нельзя было прочитать ни одного символа.

Единственный же включенный следящий монитор показывал какую-то планету под неистовым бело-голубым солнцем.

— Я хочу ознакомить вас с первым заданием и рассказать все, что мне известно об этом шарике — там, внизу, — произнес капитан Уиллогби. — Ее называют Тренко, — даже для Вирджила Сэммза, одного из самых осведомленных людей в Галактике, это название ничего не говорило. — Вы должны взять человек пять из своей команды, высадиться на нее и собрать столько листьев зеленого цвета, сколько удастся. Можно также брать листья с пурпурным оттенком. Самыми ценными являются «широкие листья» — двухфутовой длины и около фута в ширину, но не нужно быть слишком привередливыми — если широких листьев поблизости не окажется, следует хватать то, что можно утащить.

— В чем заключаются сложности? — спокойно спросил Сэммз. — Что делает эту задачу столь трудной для выполнения?

— Да, собственно, ничего — кроме самой планеты. Она находится ближе всех к Аризии, проклятого богом мира. Я никогда не был так близко от нее, так что знаю только то, что мне рассказывали. На этой мерзопакостной планете есть что-то такое, что убивает людей — или сводит их с ума. Обычно мы теряем семь-восемь посадочных ботов и тридцать пять — сорок человек в каждой экспедиции, а самый большой груз, который когда-либо был взят, не превышал двухсот фунтов этих чертовых листьев. А очень часто вообще ничего не удавалось добыть.

— Вы говорите, что люди сходили с ума? — несмотря на умение владеть собой, Сэммз побледнел. Это не может быть похожим на Аризию! — И каковы симптомы этого безумия? Что они рассказывали?

— Разное. Большинству казалось, что они теряют зрение — не слепнут, но не могут ничего разглядеть, или же, наоборот, видят то, чего не существует на самом деле. И еще каждую ночь на планете идут страшные ливни, к утру же все высыхает. Самые мощные грозы с ужасающими молниями во всей Вселенной — я могу показать вам их запись — и еще ветер со скоростью более восьмисот миль в час.

— Да, звучит внушительно. А как у нас со временем? Если вы не возражаете, мне бы хотелось провести кое-какую разведку перед высадкой.

— Мысль вообще-то неплохая… у пары-другой парней до вас она тоже возникала, только это им не помогло — назад они не вернулись. Так что не имеет смысла зря терять время — выбирайте пятерых, сажайте их в бот и на месте соображайте, что нужно делать.

Когда бот резко пошел вниз, из динамиков раздался резкий голос капитана Уиллогби:

— Могу предположить, что у вас, парии, возникают кое-какие мысли — как бы увернуться от работы. Так вот, советую забыть о них. Четвертый помощник Олмстед обладает всеми полномочиями и имеет приказ всадить пулю в брюхо любого, который не будет достаточно живо шевелиться — или, наоборот, окажется слишком шустрым — при выполнении его указаний. А я, при первом же намеке на что-нибудь подозрительное, просто разнес; к чертовой матери вашу скорлупу. Хорошей охоты!

За сорок восемь бессонных часов Сэммз исследовал планету Тренко, и чем больше он узнавал, тем более ненормальным казался ему этот мир.

Да уж, более своеобразную планетку трудно было даже представить! Половину ее атмосферы и большую часть гидросферы составляли не воздух и вода, а некая субстанция, имевшая очень низкую температуру парообразования и точку кипения около семидесяти градусов по Фаренгейту. Поэтому днем на Тренко было жарко как в Сахаре, ночи же пронизывали ледяным холодом.